Представьте некоторую точку в пространственно временном континууме.
Ну, сначала скажем, что даже точка, с нашей точки зрения, состоит из огромного количества точек более малеханьких. Но, точка, которую я Для вас предлагаю представить, нечто неопределённое. И само слово отлично докладывает нам о том, что наблюдаемый объект для нас является тем, что находится вне опыта.
Направьте внимание на то, что точку Вы сможете представить. И я Для вас не произнес, поглядите на точку, а конкретно представьте. Другими словами, этой точки в воспринимаемой нами действительности нет, потому что её нереально воспринять нашими органами эмоций.
Сейчас представьте, что как Вы смотрите на эту точку, она одномоментно распадается, мало много, на пространственно временной континуум, снутри которого находится целая вселенная.
Я здесь поразмыслил о дилемме квантовой декогеренции.
Декогеренция — процесс утраты системой квантовых параметров и перехода из суперпозиционного квантового состояния в смешанное, который происходит в итоге взаимодействия системы с окружающей средой.
Представим, что наше сознание может работать в 2-ух системных состояниях и решениях—квантовом и линейно-эмпирическом.
Другими словами, когда мы описываем действительность с помощью перцептивного восприятия, мы лицезреем пространственно-временной континуум, отражающий эту часть организации нашего психологического аппарата, основанного на линейном принципе.

Но когда, вдруг, по некий причине мы воспринимаем мир через ту часть, которая организована, как квантовый процесс, мы обнаруживаем новейшую связь в нашей действительности, называя эту связь пониманием, открытием, озарением, прозрением, катарсисом и мышлением.
Если гласить словами Фройда о том, какая часть Я сознательна, то можно достаточно смело сказать, что ни какая. И вот почему. Мы существа психосоматической организации. Наше представление о для себя неотделимо от тела. Но какое бы у нас было представление о для себя, если б, к примеру, мы принимали действительность исходя из убеждений квантового процесса? Если б мы принимали себя неотделимой частью этого процесса?
Я настаиваю на том, что мышлением является конкретно момент понимания новейшей связи. И этот момент появляется только при определённом усилии нашего психологического аппарата, где сам процесс усилия я бы не именовал мышлением, а быстрее процессом, направленным к функции мышления.
Поточнее было бы сказать, что силы линейного процесса ориентированы на цель, не являющуюся линейным процессом.
Ворачиваясь к определению декогеренции, можно сказать, что продуктом распада квантового процесса, является пространственно временной континуум.
Квантовый процесс находится в ином системном состоянии и свойствах.
Для нас, кто принимает действительность, только как линейная последовательность, открылся феномен, сообщающий о том, что меж квантовыми частичками существует связь, определяемая скоростью выше скорости света. Другими словами, для того, чтоб что-то понять, открыть какую-то новейшую связь, нам нужно обращаться к собственному квантовому восприятию. Но потому что мы не отождествляем себя с этим процессом, он происходит медлительно, очень медлительно. То, что мы называем эволюционным процессом. Мышление, если оно вообщем у того либо другого субъекта достигается при жизни, может быть только дискретным процессом. Конкретно так и писал об этом Пруст, что мышление подобно вспышкам молнии.
Непонятность и неприятие мышления определено тем, каким свойством и состоянием оно продиктовано. Для человека, отождествлённого с своим телом, как линейной системой, отсутствие линейного процесса осознаётся, как ничто. Но ничто—это не ничто, а отсутствие опыта, который проявляется только ввиде системной организации. Другими словами, если мы что-то не воспринимаем, это совсем не означает, что этого нет. Но, беря во внимание квантовое состояние неопределённости, можно сказать, что эта системная организация, не имеющая линейной структуры, в нашем линейном представлении будет выражена, по типу слов—да будет так, либо как представление о большенном взрыве. Мы всегда однусистемную структуру воспринимаем уже как перевод и трансформацию её параметров в наше структурное измерение.
Образно говоря, меж малышом и мамой есть пуповина, связывающая их. Но, после рождения, пуповина обрезается. Она уже просто несовместима с новым состоянием малыша. Это гласит о том, что в природе есть актуально принципиальные системы, чьё свойство преобразуется в оборотное, если впору от него не отрешиться.
Сейчас переведём это на язык психологической структуры.

С одной стороны у нас есть взаимосвязанные Эйнштейном время и место, с другой стороны у нас есть законы квантового мира.
Как осознаете, это открытие нереально сделать без соответственных этим свойствам психологических структур, готовых эту системную компанию отразить внутри себя. Я полагаю, в этом неувязка Эйнштейновской теории относительности, которую не всякий физик может осознать. Осознанием может быть только та часть действительности, которая эквивалентно организована в своем психологическом измерении. Проще говоря, является не кривым зеркалом этого явления, либо менее искажающим. Что происходит в отдельном людском сознании? Человек, допустим, Эйнштейн, делает открытие, которое изменяет его представление о действительности. Сразу, в этом процессе происходит трансформация и само восприятия. Трансформация эта непременно очень и очень неспешная. Но, достаточная для того, чтоб её почувствовать всему соц окружению, которое может быть, или очень испугано, или проявит оборотную реакцию одичавшего экстаза. Эйнштейн известен. Он гений, он открыватель законов действительности, которая большему количеству его почитателей, или не понятна, или ни каким образом не относится к их собственному представлению о действительности, и с ней ни каким практическим образом не связана. Другими словами, нам полностью наплевать на Эйнштейна лично и его открытия, и мы, в наилучшем случае, только говорим о нём экзальтированно, как некоторое пользующееся популярностью явление.
Опыт нашей своей жизни и деятельности ни каким образом не применяется в отношении открытий Эйнштейна. Быстрее, мы пассивные участники его открытий, использующие некоторый прикладной продукт науки в виде электрических устройств и других товаров современного мира. Я даже пишу только про 1-го Эйнштейна, будто бы бы он был один, и не было Нильса Бора, Ричарда Фейнмана и многих других.
Для нас, квантовое состояние — как возможная возможность хоть какого принятого решения, которое станет неотъемлемой частью линейного процесса. Незапятанной воды экзистенция. Наш Бог не определяет нашей истории. Мы творим её сами себе. Для него, выскажемся так, принципиальным является только то, чтоб мы плавненько достигнули другого системного состояния, поочередно пройдя все нужные этапы подготовки этого перехода. И тут нет ничего умопомрачительного. Мы же не считаем фантастикой собственное рождение в этом мире? Но для нас остаётся некоторая загадка в отношении появления самой нашей действительности и её формы. Я бы произнес, что то, что мы смотрим, как появление и исчезновение, фокус жизни и погибели, это игра отношений систем различного уровня организации, к примеру, квантового и линейного процессов.По сути, я думаю, что наша цивилизация вроде бы увлеклась игрой, отвлекающей её от истинной цели и смысла жизни. Игрушка действительности вроде бы застилает разум человека, не позволяя ему узреть, что за ней что-то есть ещё. Игра ради игры. Игрушка не для того, чтоб научиться обожать, перенеся свою любовь в действительность, а для того, чтоб пробовать навечно себя связать с ней. И умереть совместно с ней. Так, то, что служит влечению к жизни, становится грузом влечения к погибели, если впору не скинуть этот груз и не расстаться с ним. Пуповина должна быть перерезана, мёртвый объект должен быть отгорёван и покинут. Мама в психологическом смысле должна позволить "уничтожить" себя собственному ребёнку, а он безизбежно должен стремиться уничтожить её сам в том же самом сепарационном психологическом смысле. По другому он не сумеет стать взрослым сам и продолжить нормально собственный род, став папой либо мамой. А она не сумеет быть счастливой в старости.
Вот, какое у меня складывается представление о психологических процессах на сегодня.