В этой статье я желаю поведать о том, как business killers уничтожают наилучших ваших служащих. А так же о том, как необходимо не позволить им это сделать.
Наверное каждый человек в собственной жизни сталкивался с наветами, инсинуацией, интригами. Очень противный опыт…
К огорчению, и в бизнесе эти явления имеют место. Во-1-х, этим занимаются сотрудники, не владеющие выдающимися возможностями, не имеющие нужных познаний и не желающие эти самые познания получать. Не горя желанием много работать, они, все же, страстно хотят получить кусочек от общего пирога и занять наилучшее место под солнцем. Во-2-х, это те, кто считает, что они достойны еще большего, чем занимаемая ими должность и их заработная плата. Не имея способности либо желания получить «причитающееся» добросовестным трудом, они выстраивают схемы ухищрений, и для того, чтоб убрать тех, кто им мешает, пускают в ход инсинуацию, подставы, наветы, интриги… Третьи — это те, кто прибегает к схожим ухищрениям из зависти, ради мести либо просто из спортивного энтузиазма – это люди, которым отлично только тогда, когда кому-то плохо. При всем этом нужно осознавать, что и первым, и вторым, и третьим мешают сначала добросовестные честные люди, которые отлично работают. Три обрисованных типа служащих действуют. А добросовестные люди? Они нередко допускают одну и ту же ошибку. Они встают в позу – «Я добросовестный человек, и мне не нужно это обосновывать, я выше всяких интриг». И пока добросовестный человек стоит в позе, нехорошие мужчины его с наслаждением «кушают».
Защищайтесь! Делайте это тихо и хорошо, используя самое главное орудие против нехороших: логику и правду.
В одной из компаний, где мы помогали в реорганизации бизнеса, произошла история, которая отлично показывает вышеупомянутое.
За прошедший год компания резко, фактически в два с половиной раза, прирастила обороты. Собственник, он же генеральный директор Игорь Владиславович все внимание и силы сосредоточил на производстве. При всем этом организационные вопросы, в том числе организация учета, работы бухгалтерии, отошли на 2-ой план. Денежные и вещественные потоки остались фактически без контроля. В итоге сложилась томная финансовая ситуация. Большая кредиторская задолженность, отсутствие способности вывести точную дебиторку. Заказчики отрешались платить по выставленным счетам, поставщики отрешались отгружать сырье и материалы, все это осложнялось тем, что налоговая милиция стала проявлять завышенный энтузиазм к делам компании. Действовать приходилось в режиме цейтнота.
Нам пришлось поменять денежного директора, а головного бухгалтера на тот момент уже не было — сам ушел, оставив после себя разваленную бухгалтерию. На должность денежного директора мы достаточно стремительно отыскали специалиста высочайшего уровня — Евгению Олеговну. Предназначение же головного бухгалтера прошло мимо меня. Обладатель взял Николая Васильевича по советы знакомых. Меня это не очень натужило. В случае чего, денежный проконтролирует, решил я и переключился на поиски заместителя генерального по производству.
Знал бы я, сколько «радости» нам даст вышеупомянутый главбух Николай Васильевич… Довольно стремительно стало понятно, что юноша, мягко говоря, звезд с неба не хватает. Но мы все затягивали с его увольнением.

— Дайте парню шанс, подучите его, за него почетаемые люди просили, — уклонялся от претензий денежного директора Генеральный.
Представляете, «подучить» Головного бухгалтера! – возмущалась Евгения Олеговна (дальше Е.О), — ведь из той программки, которую мы написали, Коленька (так его меж собой называли сотрудники) не выполнил на нынешний момент ничего. Все кивает на то, что ему отчеты было надо срочно сдавать. Отлично, что я настояла на том, чтоб перед сдачей мне проявили. Я заглянула, а там ошибок!.. Выслала на переделку, так он аж взвился. Короче, нужно стремительно находить другого, с этим мы погорим.
А вот Коленька уходить не собирался. Он осознавал, что ему реально подфартило с этой должностью и что в последнее время навряд ли представится еще таковой шанс. Он стремительно сообразил, что основной опасностью его счастью является компетентный денежный директор. Он стремительно сдружился с заместителем по общим вопросам (Ольга Леонидовна), которая была противницей перемен, и которая, как подозревали, была сероватым кардиналом и создателем сероватых схем. Пользуясь ее поддержкой и тем, что обладатель ничего не осознает в вопросах бухгалтерии, юноша начал свою игру. Кстати, я увидел увлекательную вещь: чем меньше обладатели либо высшие руководители понимают в каких-либо вопросах, тем ужаснее работают подразделения с этими вопросами связанные. Коленька оказался профессиональным самопиарщиком. Самое малозначительное свое достижение он умудрялся так преподнести генеральному, что смотрелось это, само мало, как подвиг Геракла. При всем этом главбух ловко играл как на некомпетентности генерального в вопросах бухгалтерии, так и на его ужасе перед налоговыми проверками. Пикантности ситуации добавила информация о том, что налоговая по заказу соперников собралась делать внеочередную выездную проверку. На руку ему игралось к тому же то, что Е.О., с целью выровнять финансовое положение компании, начала проводить в жизнь непопулярные меры по сокращению расходов и заработной платы. И люд побежал сетовать генеральному. Пару раз были откровенные подставы. К примеру, денежный директор сделала проект по заработной плате, где была проставлена только окладная часть заработной платы рабочих и ИТР без премиальных. Кто-то выложил проект на общий ресурс и пустил слух, что сотрудникам урезали заработную плату. Как и следовало ждать, сотрудники подняли бучу, которую еле успокоили. Обладателю преподнесли происшедшее как следствие халатности Е.О. В ситуации, естественно, разобрались, но осадок, как говорится, у генерального остался. Все это привело к тому, что отношение Игоря Владиславовича к Евгении Олеговне приметно охладело. Снова замечу, что все это происходило на фоне сложного общего положения в компании, потому нервишки у всех, а в особенности у обладателя, были взвинчены. Я осознавал, что под Е.О. роют, хотя фактов не было.
Но, на наше счастье, интриганы в какой-то момент прокалываются. Осознаете, вся их игра строится на нашей с вами честности и интелегентности. Точнее, они верно нащупали нашу слабенькую сторону и употребляют ее на все 100. Как ведет себя большая часть добросовестных людей, когда понимают, что им лгут? Останавливают лжеца и прямо ему молвят об этом? Нет, нет и снова нет. Н-Е-У-Д-О-Б-Н-О как-то. Как поступает большая часть добросовестных людей, когда слова собеседника вызывают у их сомнения? Требуют доказательств? Ну что вы, как можно?! Так ведь и человека можно оскорбить! И интриганы, пользуясь этим, молвят все, что желают — все равно никто не будет инспектировать. Не стыдитесь, инспектируйте! Если человек честен, то проверка не заденет его эмоций. А вот если человек начинает интенсивно оскорбляться, то за этим что-то да есть.
Но вернемся к нашему… Коленьке.
Влетает ко мне Игорь Владиславович:
— представляешь, что Е.О. натворила?! У нас проверка должна вот-вот начаться! Я главбуху произнес, чтоб посиживали допоздна и вышли в субботу, а та зашла в бухгалтерию и объявила, как будто я отдал приказ всех отпустить. Представляешь?!.
— А кто для тебя это произнес?
— Да какая разница?! Ты давай ее не защищай!
— Да я ж не против. Повинна — накажешь. А сказал-то кто?

Ты скажи кто, и я для тебя фокус покажу. Клянусь, для тебя понравится. —
— Ну, Николай Васильевич.
— Вызывай его к для себя.
Его- то для чего?
— Ты вызывай. Изумление для тебя гарантирую.
— Хорошо, пошли ко мне.
— И еще, — добавил я, смотри за его лицом всегда разговора.
Через несколько минут зашел Коленька и с порога начал докладывать, как усиленно он и его команда работает.
-Николай Васильевич, вы произнесли Игорю Владиславовичу, что денежный директор. отдала для вас распоряжение отпустить бухгалтерию по домам. Это так? Я изобразил на лице свою самую очаровательную ухмылку.
У Коленьки забегали глаза. Такового вопроса он очевидно не ждал. Кха-кха-кха — начал он прокашливаться, старательно отводя глаза.

— Н-н-нет. Я н-н-е гласил.
— Как не гласил? – опешил генеральный. – Вы же мне сами произнесли что Евгения Олеговна пришла и отпустила всех домой. Типо это я отдал приказ.
— Ааа, вот вы о чем – стараясь не глядеть на меня заерзал на стуле Николай – да-да, было такое.
— Игорь Владиславович, пригласите, пожалуйста, Евгению Олеговну.
По лицам Коленьки и «генерала» было понятно, что вот этого-то никто и не ждал. Когда вошла Е.О., оба были очень смущены, но по различным причинам. Видно было, что генерал уже все сообразил и был очевидно не рад, что затеял все это. А Коленька просто растерялся.
— Евгения Олеговна, вы отпускали сейчас работников бухгалтерии? — спросил я.
— С чего вдруг я должна была отпускать их? – очень опешила Е.О. – это ж не мои сотрудники.
— Евгения Олеговна, для чего вы врете? – срывающимся фальцетом заверещал Коленька. Вы же заходили к нам и сказали, что Игорь Владиславович отпустил всех домой. Как для вас не постыдно!?
У Е.О. округлились глаза – она очевидно была потрясена и не находила слов. Только открывала и закрывала рот, переводя взор с меня на генерального.
— Николай Васильевич, вы шутите? – в конце концов собралась она – Это не забавно.
— Для вас лучше признаться… начал было Колинька.
— Николай Васильевич, а где это было? — спросил я.
— В бухгалтерии.
— Другими словами вы не один это слышали.
— Естественно не один — в запале Коленька не сообразил, что сам лезет в капкан.
— А кто еще был?
— Светлана и Наталья.
— И они это тоже слышали?
— Да.
— Я думаю, Николай Васильевич, вы желаете обосновать свою правоту. На данный момент вызовем обоих и спросим.
— Они уже ушли домой, Евгения Олеговна же их отпустила – обрадовался Коленька.
— Ничего ужасного – говорю я — Николай Васильевич, у вас же есть их телефоны. Для чего нам до пн. ожидать? На данный момент позвоним и все до конца проясним.
— У меня нет их телефонов. Я им вне работы не звоню — не сдавался Коленька.
— Ничего ужасного, Николай Васильевич — с неописуемо хорошим лицом, доставая телефон, скаазала О.Е. — У меня есть. — Человеколюбие и желание посодействовать ближнему слышалась в ее голосе — Я их даже наберу. Проделав ряд манипуляций с телефоном, Е.О. передала трубку мне. –Наталья.
Вот здесь во взоре Н.В. появилась затравленность.
Поздоровавшись и извинившись за неурочный звонок, я спросил Наталью, входила ли к ним сейчас О.Е.
— Да входила.
— А для чего?
— Ну, по поводу отчета по ЗП.
— А она вас сейчас с работы отпускала?
— Нет, а почему она должна была нас отпустить?
— А вы во сколько с работы ушли?
— В 17-00, как и положено.
— А вы разве не должны были задержаться на работе?
— Нет… нам никто не говорил…
— Она просто забыла, — не сдавался Коленька.
— Не вопрос, – Е.О. набрала номер последующего бухгалтера, и все повторилось с точностью, –та тоже не смогла осознать, о чем речь идет.
— Я добросовестный человек — сорвался Коленька на визг. На него было жаль глядеть. Нижняя челюсть и пальцы рук дрожали. Лоб взмок.
— Все, окончили. Хлопнул по столу генеральный. Его лицо и шейка были красноватыми – Идите, Николай Васильевич, и вы, Евгения Олеговна, тоже идите. — Е.О. вышла.
— Игорь Владиславович, я не …
— Я произнес идите!
— Игорь Владиславович, еще минуту, — попросил я.
Как бы и все. Справедливость восторжествовала, но я осознавал, что Коленька сам бы на это не отважился — кишка тонка. За этим кто-то стоял, и я додумывался кто. Мне было надо, чтоб обладатель все увидел сам.
Видно было, что генеральный готов подорваться и отправить меня подальше. Но сдержался и кивнул – давай, дескать.
Я сделал доброе лицо — Николай Васильевич, я понимаю, что вы душой болеете за компанию. — я был само роль и осознание. Коленька интенсивно закивал — и вы желали как лучше — Коленька закивал так, что я ужаснулся, вроде бы у него не оторвалась голова. Вы просто запутались. Вы ведь, вероятнее всего, сами не слышали, как Евгения Олеговна отпускала бухгалтеров. Для вас кто-то это произнес, а вы разозлились и, не разобравшись, пошли к Игорь Владиславовичу. Вас просто подвело чувство ответственности. Так ведь?
Коленька очевидно не мог отважиться. Он пыхтел,мялся, ерзал, и очевидно просчитывал в уме варианты — сдавать либо брать все на себя. И вот на его лице появилось выражение решительности:
— Я, по сути, не слышал сам. Я был в налоговой. Когда возвратился, меня встретила Ольга Леонидовна (зам по общим вопросам), поведала мне все это и посоветовала сходить к Игорю Владиславовичу. Она добавила, что денежный меня подсиживает. И мне нужно в конце концов решить, кто управляет бухгалтерией. Я разозлился, что Евгения Олеговна лезет в мои дела и пошел разбираться. Я ведь за дело волнуюсь, поймите меня верно. Больше вдохновляясь начал вещать Коленька. Он, похоже, и сам уже от всей души веровал, что управлялся только интересами компании.
— Игорь Владиславович, давайте проясним вопрос до конца и вызовем Ольгу Леонидовну?
— Хватит уже – прорычал генеральный. – Идите, Николай Васильевич. Я произнес ИДИТЕ! В пн побеседуем. Коленьку как ветром сдуло.
Когда за ним закрылась дверь , генеральный утомилось растер ладонями лицо, встал и подошел к окну.
— Молчи только – произнес он не оборачиваясь – знаю я, что Ольга стерва еще та. Знаю, что крадет. Но кого я заместо нее поставлю? У меня отгрузки пылают, а она собственный департамент в ежовых рукавицах держит. Кем поменять? И за каким чертом ты это представление устроил? Не мог так сказать? Такое чувство, что в дерьме извозился!
— А ты бы поверил?! Я для тебя еще прошедший раз с заработной платой гласил, что Евгению подставили. А ты? Игорь Владиславович, единственный метод пресечь эти игры — это очная ставка и раскрутка до конца. Как усвоют, что за слова приходится отвечать, закончат. НЕ воспринимай на веру, раскручивай. Оказалось, что сказали правду? Наказывай виноватого. Выяснилось, что навет? Прижигай каленым железом.
— Хорошо, хорошо. Сообразил я. Пойдем домой, уже девятый час., снова не вышло пораньше домой приехать. Завтра суббота, а мне снова на работу. Нужно будет перед Олеговной извиниться…