Вот идет паренек по улице с женщиной под ручку. Вечер. Темнеет. В голове юноши вертятся нелегкие мысли — нужно как-то сказать этой неплохой, вобщем-то, девчонке, что их роман, похоже, подходит к окончанию. Ведь это нормально — погуляли, и хватит. Вся жизнь впереди. Ну, не жениться же вот так сходу. А вдруг кое-где есть та — единственная…
Мыслям не судьба было придти к решению, а словам расставания не судьба быть сказанными.
Из переулка вышли четыре. Паренек все сообразил. Прогнозы однозначны. Еще ранее мыслей кое-где в пояснице заработали надпочечники, нагоняя в кровь адреналины. Сердечко забилось почаще. Челюсти замкнуло спазмом. Потому он, зайдя перед девчонкой и повернувшись к ней лицом, процедил чтоб она бежала прочь от этого места. Немедля. Без рассуждений. Пришлось прикрикнуть и даже именовать дурочкой. Побежала. Оглядываясь, но довольно стремительно, чтоб паренек успокоился. Усилием воли он растянул рот в ухмылку. Чувствуя затылком их приближение, он так с ухмылкой и оборотился к ним…
Не принципиально, чем кончилась стычка. А может, она и не начиналась — не каждый отважится даже вчетвером поруха на парня в состоянии боевой ярости. Не принципиально даже то, остался ли он живой, либо его лежачего забили ногами. Принципиально другое — почему он дрался насмерть?
Набили оскомину упоминания о генах материнства. Никто не гласит генах мужских, если только речь не входит об осеменительской озабоченности. А есть один необыкновенно принципиальный ген, и он обеспечивает победу что в стычке, что в войне. Это ген защиты дамы. Собственной дамы. Не мамы, не дочери. Дамы, с которой живет, меняя получаемое от нее ублажение «сексуального напряжения» на ее защиту и обеспечение всем нужным, чтоб она родила и выкормила малышей.
Грустно, естественно, что это ген, а не высокодуховное жертвенное решение мужчины. Но если б мы думали, выбирали лучшие варианты либо путь мирных переговоров, то людская популяция с течением времени сократилась бы на нет. Если дама в угрозы — дерись, побеждай либо дохни. Это решат ген и случай. Не разум. Разум в таких делах — неприятель. Умереть за даму — это достойно. Одолеть ради дамы — это верно.
Неважно какая война, и та, победа в какой в очередной раз празднуется, должна быть рассмотрена на предмет того, какую роль в ней сыграли дамы. Взяв за базу догадку, что воюющий за даму ведет войну лучше, можно найти массу статистики, которую в таком свете можно трактовать по другому, ежели в духе патриотизма и иной пропагандистской романтики.
Вобщем, конкретно романтика и романы имеют определяющее значение для пуска гена защиты дамы. Изнасилования, коих имеет статистика хоть какой войны, включают совершенно другой ген, тоже доставшийся от приматов. Это по его программкам супруги лупят собственных жен. Исследуемый же ген врубается конкретно в случае влюбленности, ухаживаний, подарков и необходимости получить доброжелательность дамы в борьбе с конкурентом. Военные, военно-полевые и фронтовые романы (замечу, что обиходные определения просто так не возникают, но означают наличие явления либо препядствия) имеют полностью тривиальные признаки: относительное всепостоянство связи с дамой и дуэли за нее.

Источниками данных об этом могли бы стать и мемуары, и протоколы партсобраний, на которых разбирались случаи фронтовых романов, вышедшие за рамки допустимого, и даже архивные приказы, разлучающие любовные парочки отправкой к различным местам прохождения службы, но довольно будет обычного обозрения отражения фронтовых романов в художественной литературе и кино. Даже взятое навскидку, точно попадает в цель: «В бой идут одни старики» — один из примеров распространенности фронтовых романов.
База для фронтовых романов была широкой. В Красноватой Армии служило сильно много дам. Численность личного состава колебалась за годы войны от 5 до одиннадцати миллионов человек. Были и другие рода и виды войск, был Военно-морской флот. Но миллион дам на фронтах значит ни мало ни много — от 10 до 20 процентов. Есть повод для фронтового романа, если рядом служат дамы — связистки, регулировщицы, снайперы, медсестры, переводчицы… На каждые 100 военнослужащих одна-две дамы.
А были еще местные жительницы освобождаемых от неприятеля территорий. Были местные жительницы оккупируемых неприятельских территорий. И были бессчетные концертные и агитбригады, разъезжавшие по направлениям, давая почву для фронтовых романов. Если у мужчины есть возлюбленная дама (это звучит привлекательнее, чем более четкое — любовница), то это неплохой вояка. Но вояка вояке рознь.
На войне значение имеет статус вояки. Победу делают совсем не бойцы. Победа куется командирами. При не плохих командирах заградотряды не необходимы, но всегда необходимы что-то либо кто-то, чтоб не допустить либо приостановить бегство боец с поля боя. Безымянную высоту берут не бойцы, а бойцы под командованием офицера. Это ему необходимо взять высоту — для офицерской карьеры либо в боевом азарте либо чтоб отличиться в очах возлюбленной дамы — не принципиально. Офицеры заводили военно-полевые романы. Бойцы трахали бабенок в местах расквартирования.
Так и возникает особенный тип вояки — герой. Мужчины совершают подвиги только ради дам. Такая уж программка — защищать даму. Массовый нрав фронтовых романов приводит к массовому героизму. Пьяные гормонами любви, ошалелые от страсти, переставшие правильно принимать смертельную опасность, мужчины действуют умопомрачительно дерзко, на грани жизни и смерти… и нередко выигрывают. Им, что именуется, начинает везти. Да. Такое поведение прибыльно цивилизации, и большая соц система поддерживает героев.
Следует обмолвиться, что этот прекрасный гусарский тип героизма не единственный. Очередной ген принуждает жертвовать собой ради спасения большинства. В этот момент герой такового типа получает импульс от малой системы — группы людей. Там, где действует ген, осознанного поведения нет. Действуют системы.
Похоже, что в стране, где после войны поганой метлой погнали только-только родившихся кибернетику и генетику, кто-то здорово разбирался в законах систем и генном механизме человека. Как по другому разъяснить необыкновенную озабоченность страны тем, чтоб на фронте было довольно дам для пуска генной программки героизма? Муниципальный комитет обороны, компартия, комсомол сделали все, чтоб в нарушение общегуманной логики загнать на фронт как можно больше дам.
Помните паренька сначала статьи? Встретив даму в боевой обстановке, обычный мужик обругает ее дурочкой и погонит куда подальше от этого места. Но не будет дамы — не включится ген, и вот на фронт движутся медсестры, связистки, переводчицы, разведчицы, регулировщицы. Везде вспыхивают фронтовые романы. Командиры обзаводятся фронтовыми подругами и творят чудеса героизма и военной стратегии…
«…Женщины всех профессий, возрастов, национальностей встали в ряды вооруженных защитников Отечества. На фронтах сражались до Один млн. дам. С первых дней войны они подавали заявления об отправке их в действующую армию. За первую неделю войны поступили заявления от 20 тыс. москвичек, а спустя три месяца зачисления в ряды защитников Родины достигнули еще Восемь тыщ триста шестьдесят дам и женщин Москвы. Беря во внимание рвение дам принимать конкретное роль в вооруженной борьбе, и для того, чтоб придать их патриотическому движению более планомерный и организованный нрав, Коммунистическая партия призвала их овладевать военным делом. ГКО принял ряд постановлений о мобилизации дам и женщин для несения военной службы в таких родах войск как противовоздушная оборона, военно-автомобильные дороги, связь, войска внутренней охраны…».
«…Большую мобилизационную работу провел ВЛКСМ. Всего по мобилизациям Ленинского комсомола в ряды защитников Родины встали около 500 тыс. женщин, из их Двести тыс. комсомолок. 70% мобилизованных женщин служили в действующей армии. По решению бюро Столичного ГК ВЛКСМ от 29-30 апреля Одна тыща девятьсот 40 два г. было мобилизовано Восемь тыщ четыреста 70 6 женщин. Две тыщи 500 шестьдесят два девицы были ориентированы для службы в связь, Три тыс.- в Военно-воздушные силы, Четыреста 70 три москвички пошли служить в береговые и тыловые части Военно-морского флота и т.д….».

«…В Москве начал работать ряд школ по обучению дам, женщин военным специальностям. Центральная женская школа снайперской подготовки (ЦЖШСП) отдала фронту Одна тыща шестьдесят один снайпера и Четыреста семь инструкторов снайперского дела. Столичный центр ПВО подготовил сотки разведчиц, связисток, артиллеристок, прибористок, дальномерщиц, шоферов, трактористок, радисток, прожектористок…».
«…Самоотверженно трудились женщины–воины на военно-автомобильных дорогах (ВАД). Многие москвички в Одна тыща девятьсот 40 один г. регулировали движение авто транспорта в Москве и на ее подступах. В Одна тыща девятьсот 40 два г. их численность превосходила 50%. В предстоящем толика дам в ВАД возросла…».
«…Немало дам и женщин служило в разведке Красноватой Армии.Славный путь прошли во время войны женщины-связистки, составлявшие до 80% бойцов подразделений связи.
Бесценный вклад занесли дамы в военно-медицинскую службу. Посреди фронтовых докторов дамы составляли 41%, в числе военных докторов их было 43%, военных фельдшеров — 43%, мед сестер-100%, а санинструкторов и санитарок — 40%. За годы войны в строй были возвращены 72% покалеченых и 91% нездоровых воинов.
В прославленной Панфиловской дивизии служили девушки-киргизки. После выступления с концертом перед бойцами этой дивизии артистки Киргизии К. Алиева, А. Исмаилова и К. Ералиева добровольно остались служить в Восемь гвардейской дивизии. Артистка и боец Алиева за два года пребывания на фронте вынесла с поля боя 500 покалеченых воинов.
Активное роль в защите Москвы воспринимала отважная санитарка, кавалер 5 боевых орденов Лена Ковальчук. За три года войны она оказала помощь более Восемьсот воякам.
Давая оценку ратному подвигу русских дам, прошедших с вояками — мужиками весь боевой путь, Маршал Русского Союза А.И. Еременко писал: «Едва ли найдется хоть одна военная специальность, с которой не совладали бы наши отважные дамы так же отлично, как их братья, супруги, отцы». (А.И. Еременко. Сталинград. М., 1961, стр. 293)…».
А что все-таки наши неприятели? Они не догадывались об этом старом геройском гене? Знали! По воле причуд их главковерха дамы в Вермахте не служили. Но даже в боевых частях работали вольнонаемные дамы. Они носили необыкновенную форму одежки, получали заработную плату и… делали то же, что и наши связистки с медсестрами — запускали ген защиты дамы. Им безотступно рекомендовалось быть благорасположенными к ухаживаниям офицеров и унтерофицеров. Для боец были сделаны полевые бордели… Прикольно, что работниц борделей набирали на добровольческой базе, заодно проверяя арийскую чистоту. На захваченных территориях полевые и гарнизонные бордели оснащались из числа местных жительниц. Особенной заботой подобного рода окружались летчики Люфтваффе — за каждой летной частью был закреплен бордель.
Кто знает, может быть эта самая «мелочь» — разница в подходах к такому деликатному вопросу решала финал воздушного боя. Ген запускается в обоих случаях. Но как-то это естественнее что ли — ухаживания, влюбленность, как в кинофильме «В бой идут одни старики», и героизм выходит градусом повыше…
Отшумели бои. Ничего не поменялось в организации и практике войны. Все следующие локальные войны в истории нашей страны давали все ту же картину роли дам в воззвании обыденных парней в героев.

Даже на данный момент в полностью мирное время мы непременно найдем массу служебных романов в огромных и малых организациях, компаниях и фирмах, и по их числу можем безошибочно определять удачливость ведения дел: больше романов — больше фурроров. И уж если кто из топ-менеджеров направил на себя внимание креативом, драйвом и прорывными плодами — направьте внимание на то, что у него непременно есть любовница, и конкретно ей по праву должны принадлежать лавры побед.
Хоте веруйте, желаете нет, но смысл жизни мужчины вправду состоит в служении женщине…
Время от времени мне кажется, что только я одни это знаю. Но это не так.
Знаю же я вправду много, и не жалея, делюсь познаниями о человеке и управлении им. Тут можно безвозмездно получить познания об этом: http://www.akademrus.com/?page_id=58