Глобальные конфигурации структуры управления того, что еще вчера именовалось российским народным хозяйством происходили практически на наших очах. Это позволяет «в зоне прямой видимости» разглядеть процесс реформирования и оценить его 1-ые результаты. С определенной степенью условности можно выделить два огромных шага произошедших реформ. К первому отнесем начавшийся на волне рыночного романтизма процесс приватизации Девяносто — х годов прошедшего столетия, а ко второму, более осознанный процесс приватизации и реформирования индустрии с созданием соответственной управленческой модели, который начался уже после Две тыщи года.
В течение первого шага были приватизированы предприятия бытового обслуживания, общепит, магазины, создание продуктов народного употребления (ТНП), строительство и т.д., также откровенно прибыльные сырьевые предприятия. Другими словами то, что лежало на поверхности. На втором шаге реформированию подвергались более «тяжелые» активы, в том числе ОПК, конструкторские бюро, стратегические предприятия и т.д.. Другими словами то, что стоит на рубеже технологической конкурентоспособности страны.
Невзирая на вероятную критику в истинной статье не будет приведено никаких статистических материалов, таблиц. Их довольно много. Основываясь на разрешении, приобретенном от государя Парето, более тщательно остановлюсь на стратегическом видении задачи, оставив ее детализированное исследование ученым, которые имеют соответственный аппарат и никак не ограничены размерами собственных трудов.
Итак, на втором шаге была сотворена модель системы управления российскей индустрией под условным заглавием матрешка в виде больших муниципальных холдингов (госкорпораций). В отличие от первого шага, когда создание управляющих компаний производилось пусть бессистемно, но все-же с учетом рыночных способов несчастные матрешки создавались в большей степени государством.
Так компания «Ростех» (до 20 три июля Две тыщи четырнадцать года — «Ростехнологии») сотворена на базе имущественного взноса, осуществляемого РФ в конце Две тыщи семь года. В её состав заходит выше Семьсот организаций, из которых сформировано Тринадцать холдинговых компаний. Восемь из их — в оборонно-промышленном комплексе, 5 — в штатских отраслях индустрии. Приблизительно в это время появилась АО «Объединенная судостроительная корпорация» — наикрупнейшая судостроительная компания Рф, которая учреждена в Две тыщи семь году со 100 % акций в федеральной принадлежности. На сегодня компания интегрирует порядка Шестьдесят верфей, конструкторских бюро и судоремонтных заводов страны, на которые приходится Восемьдесят % продукции российского кораблестроения. В состав объединенной промышленной компании «ОБОРОНПРОМ» многопрофильной промышленно-инвестиционной группы в области машиностроении и больших технологий заходит «Объединенная двигателестроительная корпорация» (ОДК) которая соединяет воединыжды более Восемьдесят 5 % активов отрасли и является дочерней компанией также как и АО «Вертолеты России». Есть также ОАО «ОАК» и многие другие госкорпорации сформированные на схожих принципах.
Цели сотворения перечисленных «матрешек» полностью понятны. К ним относится купирование негативных моментов, связанных с приватизацией и следующим развалом производств, имевшим место на первом шаге, восстановление маневренности, сохранности технологий, рабочих способностей. Последующим списком уже более умственных целей было получение способности увеличения маневренности, освоения новейшей техники за счет концентрации ресурсов, использования эффекта масштаба аналогичного получаемого чеболями и сюданами, выгод от синергетического инвестирования, лоббирования интересов и других преимуществ, которыми владеют большие промышленные группы.
Но в действительности вышла псевдорыночная модель управления индустрией, которая не может быть действенной по определению. Более того фактически приватизация большинства компаний была проведена формально, без осознания ее экономического смысла, а только для того, что внести муниципальные пакеты акций компаний в уставный капитал еще одного холдинга. По прошествии уже определенного времени становится естественным – это не сработало.
Что в итоге? Управляющие холдинги стали коммерческими предприятиями и интенсивно начали внедряться в межкооперационные связи подконтрольных компаний, получать отчисления на содержание, дивиденды, оплату разных услуг от которых нереально отрешиться и т.д., что позволило им обеспечить приличный валютный поток, который в свою очередь позволяет им выплачивать высочайшие заработной платы и обеспечивать вообщем «сносное» существование. Вот и сотворена питательная среда для «людей без биографий» часть из которых как носители управленческого кода госкорпораций стала передвигаться на подконтрольные предприятия не считаясь ни с чем, так как бывшие региональные «обкомы» (в отличие от русского времени) вообщем отстранены сейчас от воздействия на эти процессы. Холдингами получены большие права на управление имуществом компаний, которое размещено на местности фактически всей Рф, отчасти конкретно в центрах русских крупных городов. Возможность оказывать влияние на хозяйственные процессы дозволила сделать при холдингах сопутствующие инфраструктурные общества, которые отвечают (и имеют гарантированный заработок) за сопутствующие бизнес-процессы начиная от охраны, страхования, IT- обеспечения до клиринга и организации питания. Понятно, что этот оборот оказался также выведен из чисто рыночно поля.

При всем этом фактически правовое, финансовое, взаимодействие с органами власти, в том числе с оставшимися профильными министерствами осуществляется предприятиями впрямую. Роль холдингов в этом процессе (в наилучшем случае) остается на уровне согласования. То же и в отношении муниципальных средств, поступающих на предприятия в рамках федеральных мотивированных программ (это не «заработанные» за счет доминирующего положения средства холдингов), и украшающих веб-сайты холдингов новых разработок, которые являются результатом самостоятельной работы входящих в холдинг компаний. Относительно маленькие (по численности) холдинги пробуют сделать системы полного контроля за десятками подчиненных компаний, на которых работают тыщи служащих за счет удаленного управления движением валютных потоков, закупок, учета, договорной работы и даже сбытом продукции. Это приводит к сверхцентрализации управления, коммерческой деятельности, которого не было даже в плановой экономике.
Воздействие страны на процесс управления индустрией образно можно представить в виде реостата, который движется по шкале от последней левой точки (полное отсутствие воздействия страны на процессы управления) до последней правой (полный контроль). Итак вот в текущее время реостат неоправданно смещен на право. Для такого же что бы врубились конкретно рыночные инструменты нужно начать постепенное перемещение реостата на лево. Как это можно сделать?
Беря во внимание, что наличие «чистого капитализма» в стратегических отраслях может быть чревато…, контроль вправду нужен, по последней мере, до пришествия определенных критерий. Как это можно выполнить, исключив при всем этом воздействие приведенных выше негативных причин? Лучше доверять испытанному. Управление сформированными промышленными группами целенаправлено передать управляющим компаниям, структурированным по виду русских главков, отраслевых министерств, которые, не являясь собственниками пакетов акций, получают от страны фиксированную плату за управление и имеют целый ряд ограничений собственной деятельности. Посреди их: запрет на воплощение коммерческой деятельности; согласование собственных действий с региональными властями; выполнение доведенных характеристик эффективности; выполнение плана по новым разработкам; запрет на более чем определенное эталонами вмешательство в производственно-хозяйственную деятельность подконтрольных компаний и т.д..
Другими словами должны быть разработаны определенные эталоны управления, которые позволят средством управляющих компаний производить в отношении каждого предприятия и отрасли в целом согласованную с другими органами власти, регионами, «штабными» министерствами муниципальную промышленную политику. Такие управляющие компании должны стать собственного рода кураторами компаний, но никак не собственниками и не параллельной властью. Как это ни удивительно звучит, но конкретно возврат к элементам старенькой структуры управления (не нужно путать с переходом к социалистической экономике), дозволит перезапустить рыночные механизмы деятельности и существенно передвинуть воображаемый реостат на лево. Кстати конкретно в предложенной выше схеме управления удачно могут быть применены, ранее отмеченные, создателем достоинства «чеболизации», стратегического планирования.
Целенаправлено также внести конфигурации в процесс выполнения муниципального оборонного заказа. В этих целях нужно исключить контроль за ценообразованием со стороны института военных представителей оставив за ними только контроль свойства. В текущее время посреди компаний — участников соисполнения оборонного заказа в выигрышном положении оказываются только конечные торговцы, которые получают сверхприбыль. Поставщики же обязаны восполнить убытки от производства продукции по установленным военными приемщиками ценами за счет прибыли от реализации штатской продукции стоимость на которую предприятия устанавливают без помощи других. Исключения контроля цен военными представителями дозволит обеспечить рыночное рассредотачивание прибыли меж всеми соисполнителями оборонного заказа при постоянной конечной стоимости. Ну, или перевести всех соисполнителей на одну акцию.
Нужно учесть, что до сего времени создание части ТНП, продуктов для бизнеса размещено на стратегических предприятиях в том и в ОПК. Это наследство русского прошедшего и объявленного в перестроечные годы курса на конверсию оборонных производств. В текущее время такое создание сокращается, равномерно замещаясь ввезенными продуктами. Происходит это вследствие того, что ТНП являются непрофильной продукцией для таких компаний, также тем, что отношение к производству, ценообразованию, маркетингу, закупкам как к ТНП, так и к специальной продукции на заводах осталось однообразное, что само по себе в корне ошибочно. С учетом этого, обеспечения сохранности того, что еще осталось (а это нередко сверхтехнологичные продукты) нужно выделять такие производства вкупе с производственными мощностями (которые, обычно, и так лишние) и воплотить.
Нужно проводить постоянную работу по устранению последствий русской военной доктрины, реформировать предприятия с тем, что бы уходить от понятия завод полного цикла (от руды до готовой продукции), развивать производственную кооперацию и специализацию производств на главных компетенциях. Это фактически и есть прямой функционал управляющих компаний (непременное требование упоминаемого выше эталона управления), которые должны из представленного в их распоряжение материала «выкроить» жизнестойкую структуру.
Только после выполнения комплекса мер (в том числе и предложенных в истинной статье) по увеличению эффективности муниципального управления можно будет гласить про вербование к роли в уставном капитале реальных собственников. Хотя естественно вероятен вариант, при котором возможный собственник может участвовать в процессе реформирования группы с отсроченными обязанностями по приобретению пакета акций после пришествия заблаговременно установленных критерий.